Архив метки: Эрмитаж

«Музей — это не Диснейленд». Прогулка по Эрмитажу с М. Б. Пиотровским

Мечтали ли вы когда-нибудь, чтобы вашим гидом по Эрмитажу стал его директор Михаил Борисович Пиотровский? Мечтали ли вы когда-нибудь побывать в его кабинете, в котором работали министры Российской Империи, увидеть стол Александра III, увидеть подарки современных королевских семей и огромное количество книг?

Это не просто экскурсия по Эрмитажу в сопровождении его директора, но и мастер-класс для гидов-переводчиков о том, как правильно представлять каждый зал Эрмитажа или другого классического музея, как связывать российских монархов с искусcтвом, о чем рассказывать в проходах между залами, как шутить и многое другое.

А также эта экскурсия прекрасно демонстрирует на примере журналиста Чарльза Пита-Роуза-младшего, как ведут себя американцы во время экскурсии в русских музеях, что от них следует ожидать, какие вопросы могут вам задать, насколько предвзято мнение американских туристов о России и многое другое.

Начну с того, что сегодня ни одна экскурсия в любом русском музее не пройдет без попыток со стороны путешественника заговорить с гидом о нынешнем российском президенте, что не стало исключением и в случае с американским журналистом.

Во-вторых, гид должен приготовиться, что англосаксонские туристы (под этим термином я имею в виду как англичан, так и выходцев из Великобритании, высадившихся на берегах штата Массачусетс в 1620 году, и которые стали основателями США) постоянно будут повторять за гидом только что им  произнесенные названия картин или экспонатов, иногда думаешь, я же точно так и сказала, почему он повторяет, может он поправляет меня? Определенно он поправляет вас. Любое отклонение от норм произношения, даже самое незначительное, едва уловимое для уха, просто не переносится англосаксонскими туристами. Тем временем, обратите внимание на совершенную неспособность американцев произносить русские имена на примере того, что в устах Чарльза Роуза имя Михаил Пиотровский звучит как Miguel Petrovsky, а слово «perestroika» произносится иностранцем, словно во рту у него горсть камушков.

Помимо корректировок произношения гида, довольно часто туристы подходят к этикеткам и уточняют, правильно ли гид сообщил название или год создания того или иного произведения искусства.

What do we see next? — очень распространенный вопрос, словно турист раздражен и ему не терпится идти вперед. На самом деле, это от того, что турист уже перегружен информацией и скорее желает услышать ответ, что мы уже заканчиваем. How many Matisse? How many Rembrandt? — часто туристы интересуются, сколько именно картин того или того художника находится в музее или вообще сколько в музее картин или экспонатов.

Хочу также отметить важные вещи, о которых упомянул М. Б. Пиотровский во время экскурсии, иногда даже предвосхищая вопросы экскурсанта — количество посетителей в год, количество сотрудников Эрмитажа, о реставрационных работах, о первых приобретениях Эрмитажа, о выставках за рубежом. Часто эта информация известна лишь сотрудникам музея, но неизвестна частным гидам, но при желании ее можно узнать.

Слушая директора Эрмитажа, даже не верится, что перед вами директор, на чьих плечах административное и хозяйственное управление, а не экскурсовод с многолетним стажем работы за спиной.

Тем не менее М. Б. Пиотровский все-таки допустил одну очень распространенную ошибку в разговоре с американцем,